10 историй о любви и смерти

Ночами Семен слушал Донбасс — его затаенное дыхание безмолвно проникало сквозь окна. Между разрывами снарядов здесь всегда оставалась минута почти пугающей тишины. Для него не существовало военной математики — судьбы интересовали куда больше. Лица, которых не вобрать ни в одну сводку.
Он помнил парня — тот, что прятал страх за показным весельем. Руки к огню, рот до щёк раздвинут в улыбке, но в глазах — только усталость, будто выжженная пеплом. Рядом женщина с ребёнком — спасены из обломков, перебрались в чужую квартиру, тихо прижимаются друг к другу на кухонном диване. Не дом, но вместе, и уже легче. Рядом старик. Он как будто полностью ушёл в себя — молчит, прохлопывает взглядом по сторонам, вбирая в себя горе соседей вместе с редким облегчением.
Семен снимал: взгляд цеплялся и за военного, что бросил автомат ради того, чтобы напоить водой бездомного пса; за добровольца, что не пожалел последней сигареты для нервных чужаков; за мальчишку, собирающего себя по кусочкам — в фигурках из глины, похожих на дом. Так было проще не сойти с ума.
Город, будто выжженный внутри, оставался живым за счёт случайных разговоров. Люди говорили откровенно. Кто глаз не замыкает ночами, чего ждёт, что боится потерять. Здесь не было намеренного геройства, только правда. Никто не считал слёзы слабостью — скорее, пытались оставить их на память.
Когда утихал день, Семен садился с блокнотом и упрямо, порой даже болезненно, пытался собрать не хронологию выстрелов, а — живую хронику. Не о военных успехах, а о том, как, несмотря на всё, из выживания рождалась настоящая, настоящая человечность.