Кровь за кровь (2026)

Тяжёлое дыхание Москвы девяностых загустело между бетонных стен. Там, рядом с городом, стоит суровый дом. Владелец — Градов, когда-то генерал, теперь акулёнок нового бизнеса. Сегодня у него юбилей, шестьдесят. Стол ломится от блюд, гости подсаживаются ближе — у всех в глазах история, но на губах старая улыбка. Платон спешит, сбивчиво обещает успеть, не подозревая: его задержка — не просто случайность, она спасёт ему жизнь.
Когда он всё же добирается до родного порога, дом не встречает светом. Только глухая, плотная тишина и острый, ржавый запах, который невозможно спутать ни с чем. За столом, где недавно слышались тосты, теперь — хаос. Чужие тела, сброшенные как ненужные вещи. Среди этого — отец, неподвижный, с лицом будто из мрамора. Всё сжимается внутри. Один вопрос, и тот без ответа: за что?
Платон пробирается внутрь осторожно, словно в заброшенном доме, где в каждой тени прячется потеря. На лестнице чуть не падает, задевает тяжёлый чемодан. Внутри слышны глухие всхлипы. Он открывает — и видит двух мальчишек: Ваню и Колю. Перепуганы до одури, держатся друг за друга, будто в этом вся их защита.
Позже, тут же, суетятся милиционеры. Их шаги отбивают холодный ритм, а взгляды пусты, выжжены рутиной. Мальчиков увозят быстро, не глядя назад. «Потом решим» — словно всё, что было, не так уж важно. Платону дают дежурный допрос — слова резкие, как острые стеклышки.
Утро встречает его на грани бессилия, но он снова в дороге. Находит Ковалёву, чтобы попробовать вытащить ребят из ямы забвения. Но как только они выходят на свободу, появляются чужие люди. Погони, короткие выкрики, топот по лестнице. Всё на пределе — никакого права на ошибку.
Находит кров в чужом углу съёмной квартиры. Тишина здесь глухая, будто накануне тяжёлой грозы. Платон глядит в окно и пытается собрать по осколкам всю правду. Кто лишил жизни его отца? Почему этих мальчиков никто не защищает? Город не спит, и он тоже не может себе позволить ни сна, ни слабости.